Вся моя жизнь, ВДВ (Часть 6)

.

Через некоторое время по штабу пошел слух, Колесов от нас уходит, уезжает в Закавказский военный округ на повышение командиром корпуса.
Вот пока наш полковник лечился в медсанбате, а Воронин грелся на берегу Черного моря, я оставался за самого главного разведчика в дивизии. Разведчики очень часто водили боевые машины, стреляли из орудий днем и ночью. Контролируя процесс занятий, я даром время не терял и сам учился. Стрелять из боевой машины было здорово, особенно ночью. Само собой разумеется, первые стрельбы были не ахти, но постепенно результат повышался, я стал меньше мазать. У лейтенантов и наводчиков-операторов результаты были намного выше.

vsya_gizn_vdv6

Они приходили в роту уже готовыми специалистами. Вскоре настал тот день, когда Пантюшенко выписали из медсанбата. Вот тут-то я вздохнул с облегчением, но шеф как будто прочитал мои мысли: «Рано радуешься, завтра убываю в санаторий, надо же больную ногу долечить». Перед убытием составил план работы этак пунктов на двадцать, и это надо все выполнить до. его возвращения из отпуска. «И еще одно, Миша, — шепнул он мне на ухо, — наш Воронин после отпуска сразу же уезжает за границу. Так что рули по-серьезному, а представление на тебя в Москву уже ушло. Твою кандидатуру с начальником разведки ВДВ мы обсудили, он не возражает, а я тем более, — и засмеялся. — Так что давай, трудись, а я поехал отдыхать и лечиться».
Дома приятной новостью поделился с женой, она особого восторга не проявила, а с ехидцей говорит: «Надо, товарищ начальник, цветы полить». У тещи был небольшой клочок земли, на которой в основном росли цветы. Занимаюсь делом и слышу на веранде голос Фролова и второй голос, тоже очень знакомый, но поверить не могу, что в Фергане оказался Дочкин, наш однокашник. Жена зовет меня в дом. Поднимаюсь на веранду, точно, Валентин. Радостно приветствуем друг друга. Он был ротным запевалой, голос и остался громким. «Рассказывай, как ты оказался в Фергане?» — «Несколько лет летал на самолетах за границу, воздушным переводчиком, а сейчас служу в Хабаровском крае, у черта на куличках, в Аккуреях на военном аэродроме командиром роты охраны. В Фергану летел наш самолет, вот жены офицеров меня откомандировали за фруктами, а в аэропорту случайно встретил Саньку, разговорились и решили зайти к тебе». — «Правильно сделали, что зашли». Быстро сообразили на стол, вспомнили товарищей. Засиживаться Валентин не стал. Сказал, что рано утром улетать, а его диспетчер отогнал самолет на дальнюю стоянку. «Ничего, вместе со мной дойдешь до аэропорта», — сказал Фролов. После ухода друзей я еще долго Лене рассказывал о Дочкине, о его не музыкальных талантах, о большом желании петь.
Шли дни напряженной боевой учебы. Дивизией временно рулил Ломовцев, штатный замкомдив. По всей видимости, он был уверен, что его утвердят командиром. Однажды во время проведения показательных занятий окружному руководству (а показывали разведчики) занятие офицерами округа было оценено на ура. Ломовцев нам прямо сказал: «Спасибо вам, разведчики, вы заработали мне половину генеральской шинели», а мне пожал руку. Но вот появилось одно «но». Решения в армии принимают старшие начальники, основываясь на собственной логике. По штабу опять пополз слух, на днях прибывает новый командир дивизии из Прибалтики. Накануне у разведчиков была плановая стрельба из боевой машины, стрелкового оружия, да еще ночью. Мое присутствие, как старшего начальника, было необходимым на стрельбище. Занятия закончились далеко за полночь, результат стрельб разведчиков вполне порадовал.
Утром иду на службу, подхожу к штабу, а со стороны центрального входа идет незнакомый полковник, и получилось так, что мы вместе поднимаемся по широким ступенькам в штаб. Около двери я остановился, поприветствовал его и как бы старшему по званию предлагаю: проходите, пожалуйста, товарищ полковник. Он тоже остановился, пожал мне руку, показалось, хотел о чем-то меня спросить. Однако в это время оперативный дежурный заорал диким голосом: «Смирно», шлепая сапогами по бетонному полу, строевым шагом подходит к полковнику, докладывает обстановку, затем они вместе проходят внутрь штаба. Да это же новый командир дивизии, наконец доходит до меня. Ну что же, у меня как бы состоялась встреча и негласное знакомство с комдивом. Хорошо помню, была пятница, потому что Кузьменко на совещании зачитал приказ командующего ВДВ о назначении меня вместо Воронина. Конечно, услышав такое, да еще неожиданно, я даже покраснел, а товарищи уже потихоньку стали поздравлять и намекать на офицерские традиции. Ротный тоже был на совещании и рассказал офицерам роты о моем повышении. Вечером, после службы зашел к разведчикам в новом качестве и провел совещание с офицерами, а заодно напомнил им, что вскоре ожидается приезд шефа из отпуска. Ротный подробно доложил по пунктам план работы, который оставил Пантюшенко перед убытием в отпуск. Все пункты его указаний мы вроде выполнили, но на всякий случай напомнил офицерам, чтобы особо не успокаивались: вчера прибыл новый комдив, так что в ближайшее время он вполне может посетить разведчиков.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.